Понедельник, 20 Августа 2018 г.

Сообщество Мировой финансовый кризис



К списку сообществ | В начало сообщества | Добавить запись

Автор: Уно

Как Украине преодолеть нынешние кризисные явления

18:26 10/11/2016



Приятно наблюдать, что отдельные положения моих колонок в «Новом времени» находят живой интерес среди понимающей аудитории. Смотрю, даже в депутатской среде происходит чистое разграничение на последователей «неоклассицизма» и «неокейсианства». Поэтому сегодня я бы хотел предоставить читателю новую почву для размышления.


Хочу отметить, что несмотря на разность взглядов и суждений, мир всегда руководствовался политикой экономического прагматизма. Еще сравнительно недавно - до кризиса 2008 года - известные мировые экономисты считали, что наука экономика достигла в своем развитии невероятного прогресса. «Основная задача предотвращения депрессий решена», – заявлял в 2003 году Роберт Лукас из Чикагского университета (лауреат Нобелевской премии по экономике 1995 года). А в 2004 году Бен Бернанке, ставший в 2006 году руководителем ФРС США, утверждал, что считает «великую умеренность» в экономических проявлениях, лучшим методом в экономической политике. Но после мирового финансово-экономического кризиса все изменилось. Экономические школы сейчас находятся в известной растерянности относительно будущего мировой экономики, и никто уже не настроен так оптимистично в среде экономистов, как в середине 2000-х годов.

Докризисной иллюзией в среде экономического мейнстрима было представление, что рынки в основном хорошо функционируют самостоятельно и редко сбиваются в своей работе. «Гипотеза эффективного рынка» была тогда необычайно популярна: вся необходимая информация уже заложена в стоимость ценных бумаг и потому «пузыри» на рынке невозможны, говорил Нобелевский лауреат по экономике 2013 года Юджин Фама, отказываясь вообще даже в теории признавать возможность существования «пузырей» и перегрева рынка.

Даже в разгар кризиса 2008 года были экономисты, которые настаивали на разумности происходящего, ссылаясь на работы представителей «австрийской школы экономики» и Йозефа Шумпетера. «Депрессии – вовсе не зло», – заявлял Йозеф Шумпетер в своих работах еще в 1930-х годах. Депрессия и рецессия являются необходимым кризисом, после которого и экономика, и финансы будут значительно здоровее, считал он.

Однако Джон М. Кейнс не соглашался с такими выводами. Он не видел в свободном капитализме идеальной экономической системы и предложил набор методов того, как улучшить его функционирование. Впрочем, он также и не считал, что капитализм - это негодная экономическая система, и не предлагал его заменить на что-то иное. Он просто призывал правительства заниматься денежно-кредитной политикой более активно, а также считал нужным тратить деньги на общественные работы, чтобы бороться с безработицей во время экономических спадов.

Но к 1970-м годам экономисты «устали» от кейнсианской экономической политики и очень популярными стали идеи «чикагской» школы экономики и ее главного представителя Милтона Фридмана, укрупненно известные как монетаризм. Монетаристы, как и Кейнс, утверждали, что рыночной экономике необходима хорошо организованная правительством и центральным банком стабилизация. «Мы все сейчас кейнсианцы», – говорил тогда Фридман.

Однако монетаристы считали, что государственное вмешательство нужно ограничить политикой центральных банков относительно денежного предложения, суммы наличных в обороте и контроля над темпами изменения банковских резервов.

Но в целом тогда победила еще более радикальная рыночная парадигма «неоклассической» школы, основанная на идеях классика Адама Смита, которая считала и кейнсианство и монетаризм жалким компромиссом на пути экономического прогресса, утверждая, что рецессии являются позитивным процессом приспосабливания экономики к необходимым обществу изменениям. Любая попытка противится спаду принесет гораздо больше вреда чем пользы, утверждали представители «гипотезы эффективного рынка» и другие макроэкономисты-фундаменталисты.

Пол Кругман писал, что в 2005 году на юбилейной конференции в честь пребывания Алана Гринспена на посту руководителя ФРС США, главный экономист МВФ Рагхурам Раджан представил доклад, предупреждающий о том, что финансовая система берет на себя потенциально очень опасный уровень риска. Но его доклад был жестоко осмеян почти всеми присутствующими. Однако уже в конце 2008 года Гринспен признал, что ошибался тогда и что «все здание его интеллектуальных воззрений рухнуло».

А теперь вопрос, важность которого колоссальна - что же нам делать в Украине, рецептами какого экономического течения руководствоваться? Как нам пройти между Сциллой неоклассицизма и Харибдой неокейнсианства? Так, чтобы не превратиться в страну рыночного фундаментализма, со всеми негативными последствиями присущими ему (как мы видим это по 25-летнему пути развития - не работающего в Украине), но, в то же время, и не увлекшись ортодоксальными неокейнсианскими методами, самим того не замечая, не оказаться в социалистической экономике, от которой мы, слава Богу, ушли в 1991 году?

Мне кажется, что наиболее перспективным и интересным будет путь, показанный таким экономистом, как упомянутый мной Рагхурам Раджан. Он считает, что для национальной экономики необходимо точечное государственное регулирование, но не слишком активное. Государству необходимо защищать капитализм, как систему свободного предпринимательства, но не самих капиталистов. Потому, что в развивающихся странах олигархи являются противниками свободного развития рынков и тогда начинает торжествовать «капитализм для своих». При этом нам необходимо признать, что современные рынки далеко не совершенны, как это утверждает «гипотеза эффективного рынка», и на них возможны и «пузыри», а также все те другие эксцессы, о которых писал шотландский экономист Чарльз Маккей в своем эпическом труде «Наиболее распространенные заблуждения и безумства толпы» еще в 1841 году.

И, как мы убедились по действиям руководителя ФРС США Бена Бернанке в 2008-09 годах и достигнутой в результате них финансовой стабилизации, теория Кейнса и неокейнсианство, в целом, являются лучшими на сегодняшнее время теориями по преодолению мировых и национальных спадов и рецессий. При этом монетаристская теория «чикагской» экономической школы, которая признает правомерность государственной денежно-кредитной политики, не является антагонистичной неокейнсианству экономической теорией и практикой (как например, таковой является политика австрийской экономической школы, в принципе запрещающая любое вмешательство государства в экономику). Монетаристская теория при грамотном использовании ее инструментов, успешно дополняет рецепты неокейнсианской школы, и, по существу, является союзницей неокейнсианства, как это и признавал в свое время сам основатель монетаризма Милтон Фридман.

Следовательно, правительству и Национальному банку, которые уже весьма неплохо владеют монетарными методами управления экономикой, остается лишь вернуться к «новой классике» – к сути учения Кейнса и его последователей-неокейнсианцев. Потому что, по моему твердому убеждению, потребности национального промышленного развития Украины (тут я апеллирую в первую очередь к Кабмину) в современную эпоху вряд ли обойдутся без тонкой, хорошо выверенной и мудрой политики в стиле учения великого экономиста прошлого Джона М. Кейнса, и в стиле практических действий американского правительства и ФРС по преодолению рецессии 2007-2009 годов.

Именно грамотное сочетание монетарных и неокейнсианских методов в управлении экономикой, их синергия, а не применение лишь одного из этих методов, как у нас чаще всего было на протяжении 25 лет независимости, и даст Украине реальную возможность преодолеть нынешние кризисные явления в национальной экономике.

Богдан Данилишин



Добавить ссылку на материал в блог          Добавить ссылку на материал на форум


Ваш ник
e-mail для получения комментариев (необязательно)
Ваш комментарий


salam | 18:04 15/02/2018
Вот еще давно читал опровержение по поводу мирового кризиса у политика хазина: https://khazin.ru/articles/1-mirovoy-krizis

Новое в сообществах